Наши за границей

Где бы ты ни был - никогда не унывай. Надоели мне коахадамы – посреднические конторы. Решил вспомнить старый способ поиска работы. Проще говоря – ноги в руки и вперёд. Пешком двигаться в промышленной зоне, заходя на заводики.

Из Хайфы доехал до перекрёстка Вулкан. Далее мимо торгового центра, я бы назвал его не центром, а городком – занимает огромный район. Вот и одна из улиц промзоны. Начну сразу с перекрёстка.

И что это такое? Ни вывески, ни таблички с названием предприятия, стена, за ней крыши строений, большие распахнутые ворота. За ними слева и справа навалены грудой деревянные поддоны. Вот и здание, более похожее на административное. Только открыл двери, услышал знакомый звук – работает станок. В таком месте? Справа широкая комната - один фрезерный станок, рядом - программный, несколько стеллажей с инструментом, в дальнем углу - стол и компьютер. За столом парнишка. Поговорил с ним, потом с хозяином. Не нужен я им, работы мало, профиль предприятия – склад.

Подумалось - что тогда станки делают? И сам же себе ответил. Да понятно, или заказы берут дополнительные или как вложение средств, налоги меньше – затраты на приобретение оборудования высчитываются из дохода предприятия. Это повсеместная практика. Стоит десять-двадцать станков, или все заняты и это нормально, или работают только на двух – трёх, так тоже нормально. Вполне для этого хватит и одного человека. Умельца.

Вышел на улицу, прошёл вперёд метров двадцать. Двухэтажное здание, свежевыкрашенный заборчик. У входа в тёмно-синей рабочей спецовке стоит пожилой мужчина со стаканчиком кофе и сигаретой.

- Работа фрезеровщику? У нас тут нет станков. Компьютеры только.

Иду дальше. О, это место мне знакомо. Лет десять назад работал. Тогда только не было двери с набором кнопок и переговорным устройством. Звоню. Щелчок, дверь приоткрылась. Женщина у входа, секретарша, похоже.

- Что? Нет, нам фрезеровщик не нужен.

Продолжаю движение. Какие разные люди, сколько живу – не перестаю удивляться. Пожилой мужчина, ни слова по-русски, только иврит и английский. А внешность – классика, настоящий русский рабочий-ветеран: тёмное лицо в морщинах, чапаевские седые усы и такие же белые волосы на голове. И Человек. « Тут для тебя работы нет. Нам программисты на станки нужны. Но подожди минутку». Позвонил товарищу, поинтересовался, не нужен ли тому рабочий моей специальности. Увы.

Русскоязычный хозяин, небольшой заводик: четыре станка программных, один универсальный фрезерный и токарный. Зато в отдельной комнате пять компьютеров. Минут сорок объяснял мне, что, в основном, делает детали на программных. А для универсала работы мало. Если я соглашусь первое время получать минимум, двадцать шекелей в час, а не тридцать пять, как я просил, на настоящий момент это средняя из возможных цифр для специалиста, то он меня будет учить работать, составлять программу обработки детали и, когда освою, тогда поднимет зарплату. Умница, но такой хитрован…не говоря уж о том, что со своим предложением он опоздал лет на десять. Конечно, ему выгодно, когда программу составляет человек с опытом работы на универсале. Плюс, мне известен один из житейских местных законов по отношению к зарплате – с чего начал, так и идёт. Максимум, иногда добавляется один – два шекеля. И не то, чтобы я гнался за деньгами. Было и так, работал год за минимум, на судостроительном в Хайфе. И за минимум билеты на автостоянку продавал. Но когда с самого начала тебя пытаются обмануть, то это продолжаться так и будет. К тому же, очень-очень редко, в таких местах, где все детали изготавливают на программных, работают так, что не требуется доработка на универсале. Конечно, встречал я такие места, встречал, да, детали со станка такие, как игрушки из магазина – чистые, блестящие, приятно в руки взять. Большое длинное здание. Спереди – магазин. С правой стороны ангарчики с предприятиями. У синих ворот, в полумраке со света, вижу станок. Рабочий у стола с инструментом. Поздоровался, спросил хозяина. Того пока нет. На столе станка большая плоско-круглая деталь со множеством переходов, ступенек, отверстиями. Почему её не на программном делают? В глубине помещения стоят такие станки и они работают.

В каждом домушке свои погремушки. Деталь одна и хозяин не захотел, чтобы разрабатывали одну программу. Такое встречается. При возможности сделать деталь на универсале, хозяин полагает более выгодным затраты времени универсала, даже когда они больше, чем на программном. На программном делают только те операции, на которые, скажем, раз в шесть больше затраты на универсале.

Стою, любуюсь деталью. Рабочий говорит, что хозяин сейчас приедет. На мой вопрос, не знает нужен или нет ещё один фрезеровщик, ответил, что только вместо него. Но затем продолжил, мол, ты подожди, кто знает, что у хозяина на уме.

Минут через десять решил выйти покурить. Повернулся к выходу. Там с другим рабочим разговаривает невысокий лысый мужчина. Я прохожу на улицу, он смотрит на меня, я смотрю на него и продолжаю движение. Что-то не так, чувствую. Поздороваться? От меня не убудет – поздороваться, я так и делаю, обычно, а тут – что меня дернуло промолчать? Воистину – чёрт. Заводик-то мне понравился, по первому впечатлению.

Покурил и возвращаюсь. Фрезеровщик, с которым я беседовал ранее, кстати, на русском, сейчас занят с лысым. Они говорят на иврите. Затем смотрят чертёж, деталь. Улучив момент, поинтересовался у рабочего – ну, где хозяин? Он указал на своего собеседника. Лысый посмотрел на меня. Я посмотрел на него и произнёс: «Добрый день. Ты – хозяин? Я фрезеровщик, универсал, работу ищу. Есть для меня работа»? Лысый ещё пару мгновений молча смотрел на меня, потом повернулся к детали на станке и продолжил говорить с рабочим. Я понял – это месть за то, что не поздоровался ранее. Однозначно! Вот просто-таки почувствовал это.

И можно было ещё постоять, подождать, ещё раз спросить и получить ответ. Не ходят в мясную лавку с высоко поднятой головой – старинная еврейская присказка. Иногда надо и наклонить голову – старинная русская мудрость. Да, подождать и получить ответ. Какой, не знаю, за мою практику, случалось по-разному и редко так, как ожидаешь. А тут меня внутри как окатило возмущением оскорблением. Я развернулся и, ни слова не говоря, ушёл.

Да, моя ошибка, поздоровался бы вовремя, чувствовал бы себя иначе и в отношении к любому ответу о работе – тоже. Я понимал, что поступил неправильно. Это понимание дало мне несколько неприятных минут. Но движение пешком помогает справиться со многим. В том числе и с такими переживаниями. Каждый может ошибиться.

Справа двухэтажное здание. Небольшое, багрового цвета. И вижу надпись во всю стену, совершенно удивительную здесь, в Израиле, в промзоне, хотя и точно так же, совершенно уместную здесь: «Русская баня номер пять!». Но по первому моему осмыслению надписи, глаза всё-таки прыгнули на миг на лоб.

Не к месту, вспомнилось. Накануне вечером в городе встретилась интересная надпись на асфальте под окнами одного из домов. По ней прямо-таки историю, драму можно увидеть, хотя, в жизни такое через шаг, но всё-таки – человеческие эмоции! А надпись, вот, пожалуйста, метровыми, оранжевого цвета буквами на сером асфальте: «Прости меня, любимая моя!!!».

Вот среди кустов открылся небольшой просвет и там, за тонкой невысокой оградой стоит… настоящая пушка. И её название мгновенно всплывает в памяти – гаубица. Постоял, насладился зрелищем и продолжил движение. Израиль сплошная история войны, чего только сюда не попадало.

К следующему пролёту в ряду кустов вдоль дороги подошёл настороженно. Нет, ничего необычного, действительно, не на каждом же шагу. Открылась взгляду дверь в неказистой серой стене. Почему не заглянуть? Захожу. И удивлённо застыл - огромный, таки огромный, неожиданно огромный, цех. Полный станков. Цех в полумраке. Свет только у одного токарного станка, там кто-то работает, и в конторке за стеклом, у входа. Спрашиваю: «Есть работа для фрезеровщика»? Человек в конторке только руки развёл в стороны и покачал головой – увы!

Вышел под солнце на улицу. Терпение! Расслабиться. Никаких эмоций. Небо голубое, кусты зелёные, крыши зданий разноцветные, руки ноги шевелятся, сигареты в кармане, что ещё надо, чтобы достойно жить и так далее…

Звонок пелефона. Опа-на. Из коахадама (посредники) «Перфект». Завод «Масгерит Халиль Лахам». Адрес – улица Товаль, 17. До тоннеля дойти и справа от него дорога. По ней прямо, справа эта улица будет.

Иду. Смотрю. Спрашиваю встречающихся. Никто не знает. А таблички с названиями встречаются, но всё не то. Иду. Вдали в небо вонзаются цилиндры строений какого-то химического завода, по дороге грохочут большие и малые звери автопрома, заборы сменяют заборчики и ограды, гаражи (тут под словом гараж подразумевается автомастерская), кафетерии, мастерские, заводы и заводики, склады и опять гаражи. Десять минут. Двадцать. Иду. Спрашиваю уже редко, да и людей проходящих маловато, сам захожу во все улочки справа и пытаюсь там определиться. Иду не спеша, силы надо экономить, состояние душевное тоже – нервничать не хочу. Что мне, впервой? Но ведь каждый раз, как первый. А так вот, равномерно, много пройти смогу.

Через час вышел на широкую светлую улицу. На той стороне – огромные цилиндрические невысокие строения за бесконечным влево и вправо забором. Понятно. Это цистерны Нефтеналивного завода (сам удивляюсь такому названию). Этот завод тянется до самого берега моря.

А на моей стороне – магазины, бензозаправки, пустоши и опять магазины. Звоню служащей коахадама. Она пытается вновь объяснить, где нужный мне завод, но по её речи понимаю, она реально не представляет местности. Начинаю нервничать. Её сменяет ивритоговорящая служащая – результат тот же. Затем опять первая. Из этих трёх объяснений принимаю направление движения. Поворачиваю направо и вперёд. Через полчаса ходьбы попался грузчик у продуктового магазина, который сказал, что улица Товаль – это … и он указал туда, откуда я пришёл.

А второй грузчик тоже, оказывается, слышал об этой улице и он указал направление туда, куда я шёл, то есть, противоположное первому объяснению. Я подумал. По прежним сведениям и по объяснению первого грузчика двигаться надо назад, туда, откуда пришёл. И я повернул назад. Минут через сорок, дорога -то уже знакома и не сворачивал нигде, добрался до того места, где начинается туннель и там же боковая дорога. Рядом большой перекрёсток. Стал звонить на завод хозяину. До этого уже звонил несколько раз, но никто не отвечал. Через полчаса дозвонился. Попросил забрать меня с перекрёстка, объяснил, где нахожусь. И началось… звонит хозяин мне – «где ты?», потом его русскоязычный рабочий – «на каком ты перекрёстке?», опять хозяин – «какое название дома, у которого ты стоишь?», опять рабочий – «а с перекрёстка видна заправочная?».

Больше чем что-либо, меня злит, порой бесит, человеческая тупость, не полная – с такой-то что взять, а частичная, ограниченность и глухота мозговая. Были бы они идиоты, понятное дело. Но ведь все они не идиоты. Ух …даже вспоминая, начинаю выходить из себя.

Мы всё же встретились. Добрались до завода. Закончилась моя эпопея поиска работы. О дальнейшем следующий рассказ.

Роман ШЕРКИН