Наши за границей

Итак, профессии. Мы писали уже в нашем уютном журнале о всяких профессиях – престижных и не очень, прибыльных и не слишком, благообразных и одним своим названием бросающих вызов обществу.

Изнанка жизни, черта, где она? Каждый определяет свою планку сам. Кому-то кажется нормальной работа проститутки, а кто-то приходит в ужас от легкой эротики. Ну а если без ханжества – неужто вам совсем неинтересно, что там у них, по ту сторону черты?

Сегодняшняя наша собеседница родилась и выросла в России, в городе Свердловске (ныне Екатеринбург). Уже в зрелом возрасте уехала на Украину, куда перевели ее отца.

Прошли годы, Ирина вышла замуж. И тут грянула Перестройка. Потом были нелегкие времена – безденежье, тяжелая работа, собственный небольшой бизнес, поездки в Польшу за товаром и торговля на «Мотодроме» - огромном вещевом рынке.

А через некоторое время пришла беда. В Польше их с мужем банально ограбили. Сумма, которой они лишились, была более, чем значительной. И большинство денег были чужими. Отдавать было нечем.

И тут Ира встретила одну знакомую, которая только что вернулась из Японии. Поговорили, знакомая узнала о проблемах и предложила составить протекцию – замолвить словечко, чтоб устроить подругу на работу в Страну Восходящего солнца.

- Ира, что было дальше, как долго собиралась, как добиралась?

- Собиралась неделю. Потом еще три недели проходила собеседование и ждала визу в Москве, тогда через Москву еще визы делали. Я и еще три девочки, жили в какой-то квартире в районе станции метро «Авиамоторная», нормально, кстати, жили. То время никогда не забуду.

Потом был кастинг – по-русски смотрины. Привезли в какой-то затрапезный офис в центре, двое странных типов и японец в костюме выслушали мой английский, перекинулись парой фраз и поздравили. Потом предложили прочитать русский перевод контракта, а оригинал нужно было почему-то подписать в Японии.

Я ознакомилась, и не нашла пункта об обязательном сроке отработки в случае прерывания трудовых отношений по моей инициативе – уже хорошо.

Через две недели получили паспорта уже с визами, вылетели в Цюрих, а оттуда в Токио.

- Каковы были первые впечатления от Японии?

- Ты представь, что попал с головой в огромный мешок с разноцветными игрушками, большая часть которых – светящиеся и музыкальные. Такое впечатление и было. Все горит, все сверкает, днем и ночью суета, толчея… Люди, машины, везде реклама… Привыкаешь, конечно, но первые пару дней я реально заснуть не могла. А пару месяцев спустя, когда выбралась в какой-то парк – плюхнулась на травку и расплакалась. Если есть где-то каменные джунгли – то они там, в Токио.

- А что за люди японцы?

- Политкорректно отвечать, или как есть?

- Как есть.

- Вырежете, конечно. Но скажу, как есть. Более чем наполовину самураи – извращенцы. Это те, кто уже достиг положения. Причем, много откровенных садистов. Да в общем-то нет такого порока, который не был бы представлен в Японии массово. Те же, кто пока никто и звать его никак, просто несчастные люди, довольно забитые, постоянно усталые, затравленные какие-то.

Японские женщины – в принципе достаточно свободные и независимые. Однако мало кто всерьез воспринимает похождения мужа, в том числе и на сексуальной почве. Средний японец особо не шифруется, спокойно идет к девочкам, если ему этого хочется и позволяют доходы.

- Неужели японки настолько снисходительны и не ревнивы?

- Часто они с мужьями к гейшам ездят. Куда уж больше. Гейша, конечно, это не проститутка в нашем понятии. Даже, я бы сказала, совсем не проститутка. Но ею увлекаются, ее боготворят, в нее влюбляются. Большинство японок гейшам и в подметки не годятся.

Что до ревности – почему-то я считаю, что японские жены – такие же женщины, как и мы. И ревнуют не меньше. Просто умело скрывают. Веками их уклад не менялся, и теперь не меняется – несмотря на все достижения науки и техники, в японской семье царят старые традиции. И будут царить до скончания веков.

- Ясно, что ничего не ясно. Восток, говоришь, дело тонкое?

- Восток – дело действительно тонкое. С одной стороны – обходительность и чопорность, боже сохрани в несвежих носках в ресторан завалиться или рукой взять что-либо со стола. С другой стороны – сделать незнакомой женщине на улице предложение переспать за деньги считается нормой. А за столом они могут с одобрением погладить тебя по груди или по попе. Причем, при жене. Вот так.

У них вообще вопрос секса и отношений полов очень просто решается: ты хочешь меня, но ты страшен, зато у тебя много денег. Значит, ты можешь заплатить мне, чтобы я закрыла глаза на твои недостатки и согласилась. Мужик считает примерно так же: я не могу быть не востребован, если у меня много денег. Маленький член и огромный живот – проблема той, кому я плачу. Пусть как хочет вертится, чтоб опустить эти неудобства.

- Да ладно. Неужели там все так просто? А если кто-нибудь захочет чужую жену? И станет предлагать ей деньги в обмен на секс? Как муж этой женщины к такому отнесется?

- Такое как раз в принципе невозможно. То есть при живом супруге женщине замужней такое предложение не делают. Вдове же – вполне могут, и опять же, это не считается чем-то из ряда вон. Это даже воспримется, как благотворительность своего рода.

Но вот иностранок они уж так не дифференцируют. Если ты не японка, неважно, где твой муж, тут или дома остался. Знаешь, скольким иностранкам просто так на улице делают предложения переспать за 500 долларов и больше? А знаешь, сколько из них соглашается? Японец же страшно азартен – остановиться практически не может, и привык добиваться своего. У них конкуренция в крови, каждый старается делать все лучше всех, даже с женщинами.

- Слышал я историю, когда одну израильтянку на улице в Осаке японец остановил и денег предлагал: начал с тысячи, а дошел до пятидесяти тысяч долларов… Может такое быть?

- Может вполне. Правда, столько предлагать за секс может лишь какой-нибудь очень состоятельный папик. Хотя японцы люди не бедные, но считать деньги ой как умеют. Но такой случай мог быть на самом деле.

- Ира, ты ответишь на вопросы о своей работе в Японии? Не захочешь – ограничимся нейтральной беседой.

- Отвечу, почему нет-то. Теперь уже отвечу. Тогда, в 2001 году, когда вернулась на Украину, не ответила бы. Тогда я еще надеялась с мужем остаться. Потом поняла, что уже не смогу жить в совке, а вытащить его на запад не получилось.

- Хорошо. Скажи, в каком качестве ты попала на работу в клуб и в чем должны были заключаться твои обязанности? И что оказалось на самом деле.

- Консумация, так называется эта «должность». Что надо делать – торчать в клубе и подсаживаться к посетителям. Развлекать их разговорами. Выслушивать. Разводить на выпивку. Это утрированно и очень кратко.

- Так ты ж не пьешь.

- Так пить и не нужно. Достаточно того, что клиент заказывает тебе напитки и платит за них, а заодно и сам «употребляет». Тебе все равно приносят воду, чай или сок, зависит от нужного цвета. Спиртное в клубе нам пить не запрещали, но и обильные возлияния не поощряли. Заказал клиент тебе выпивку, официантка приносит стакан и специальную фишку. Каждая фишка – дринк, который заказал тебе клиент. В конце вечера сдаешь фишки бармену, а он тебе наличные. Плюс к этому – зарплата, плюс чаевые от клиентов.

- Значит, ты должна была работать кем-то вроде психолога?

- А ты зря смеешься. Японцы – народ ужасно эмоциональный. А выхода эмоциям ни на работе, ни дома у них нет. На работе надо марку держать, а дома с женой нельзя слабость показывать, уважать перестанет. Вот они и ищут жилетку, в которую поплакаться можно. Кстати, в этом плане наши русские девочки – идеальный вариант. Мы же тоже привыкли душу изливать подругам, родителям. И сами понимаем, когда нам душу изливают. Тут главное – не просто тупо поддакивать, а реально сопереживать, советы давать, словом, беседовать. Филиппинки, румынки, китаянки этого делать не умеют, не их формат. А русские – пожалуйста, почему бы и нет, тем более, что под откровенную беседу клиент заказывает тебе дринки без конца и без края.

- Сколько длился ваш рабочий день в таком клубе?

- Примерно с шести вечера начинают подтягиваться клиенты. То есть клуб работает и днем, но днем достаточно одной-двух девочек: посетителей мало, и они приходят часто не расслабиться, а просто пообщаться между собой, поесть или выпить. А вот после шести начинается настоящая работа. Подтягиваются постоянные посетители, которым надо уделять время, присаживаться к ним за столик. Иногда клиент приходит вечером, и заседает до утра, а пока он не ушел, ты обязана сидеть с ним. Так что рабочий день может длиться и 12 часов, и больше. Естественно, после такой ночи остается лишь доползти до кровати.

- И сколько платят за такую работу?

- Если работаешь не через посредника, то платят нормально. Мы вначале получали 600-650 долларов в месяц, это когда работали от фирмы. Но как только перешли в другой клуб, наши зарплаты сразу выросли раз в пять. Я делала с «типами» и три, и пять тысяч долларов в месяц. Нормально заработала, причем чисто, без всяких «добавок», за которые доплачивают. Этим больше филиппинки промышляли.

- То есть посредники прибирали к рукам львиную долю ваших заработков?

- Конечно. И не только прибирали к рукам почти все наши деньги. С них потом еще и получи попробуй – одна девочка чуть не улетела домой без гроша, ждала-ждала пока привезут ее зарплату за полгода, пока не расплакалась. Хозяин клуба увидел это, а она была на хорошем счету, и позвонил сам посредникам, поругался, пригрозил, что откажется от их услуг. Те через 15 минут привезли все деньги.

А с других потом стали требовать отдавать им часть чаевых.

- Ну скажи, неужели клиенты не предлагали…?

- Переспать? Еще как. Сулили хорошие деньги. Очень хорошие. Многие отказываются, отнекиваются. Руководство клуба, конечно же, занимает нейтральную позицию – ни под каким видом не настаивают уступать. Дают понять, что работа в клубе в рабочие часы – это оговоренная в контракте часть, а остальное – твое личное дело. Как ты проводишь досуг, никого не касается. Если есть какие-то проблемы с устройством быта, с официальными инстанциями – их помогут решить. Остальное – твоя частная жизнь.

- То есть большинство девушек рано или поздно становятся добычей самураев-извращенцев?

- Ну зачем же так-то? Конечно, нет. Большинство наших как раз работают в рамках программы, то есть в клубе и только за столом.

Касательно клубов, где на втором этаже, или же в подвале, находятся «номера», куда клиенты могут приглашать девочек… Наверное, где-то на задворках такие и существуют, но ехать работать в такое место – сущее самоубийство. Япония – страна не такая уж законопослушная, как кажется издалека.

Если же какой-нибудь мужчина тебе особо понравился (а между нами тупо предложил очень много денег), на этот счет в клубе есть правила. Первое – брать у кавалера номер мобильного и сообщать хозяину. У них существует база, в которую заносятся все телефоны опасных типов. Так вот, если клиент присутствует в этой базе, они запрещают свидание. И второе – нужно явиться в клуб четко в оговоренное время и сообщить, что с тобой все в порядке. Не позвонить, а именно явиться. Естественно, к этим правилам прислушиваются.

- Ну а вообще, как в Японии с криминалом?

- Есть, конечно же, есть. При такой плотности населения криминала не может не быть. Карманники вообще процветают – то и дело в метро кто-то за кем-то гонится, кто-то рыдает, демонстрируя порезанную сумку или дырявый карман плаща. Есть и квартирные кражи. Хотя я удивляюсь, как можно в таких скворечниках суметь найти квартиру, где никого нет дома. Они обычно живут большими семьями, часто с родителями, жилье страшно дорогое. Часто квартира – скромная студия, разделенная легкими перегородками из рисовой бумаги, так проще отапливать или охлаждать.

- Прости, а как же они семейную жизнь строят в таких условиях?

- О, там у них такие необычные отели существуют. Их по слухам само японское правительство финансирует. За небольшие деньги каждая японская пара может уединиться на час, на несколько часов или на ночь. Такие отельчики есть в каждом районе, иногда даже несколько.

Поскольку номер стоит совсем недорого, иностранцев там не обслуживают. Да там иностранцы чаще и не помещаются – в номере только кровать и узкий проход, максимум – туалет с душем, но не везде. Чаще пачка влажных салфеток.

- Вернемся к консумации, не против? Значит, ты говоришь, что большинство наших девушек не вступают в интимные отношения с клиентами, верно? А как филиппинки, китаянки, кто там еще?

- Филиппинки очень старательные, и не очень умные. Причем старательность их простирается и за пределы клуба, распространяется и на личное время. Надеюсь, я ответила на твой вопрос.

Китаянки – разные. Явная деревенщина, а их видно сразу, те попроще, и во всем подражают филиппинкам. Городские же более гордые и независимые, те обычно нашим подражают.

Кроме восточных девушек есть англичанки, француженки, американки. Те работают в клубах высшего разряда, у нас же был клуб достаточно средний. Поэтому работали только русские, китаянки и филиппинки, пару румынок.

- Сколько денег обычно увозит наша девушка из Японии? И сколько времени может длиться контракт?

- Обычно наши зарабатывают от 600 в месяц и выше. Если повезет устроиться напрямую и избавиться от посредников, зарплата будет хорошей. Мы получали около 1800 в месяц, плюс все чаевые и жетоны были наши. Да, с жетонов нам доставалась половина. Но учитывая, что дринки совсем не дешевые, выходило хорошо.

В общем, за год можно заработать от десяти и до шестидесяти тысяч долларов. Если, конечно, дружить с головой – не пить, не покупать дорогущие вещи, не развлекаться. Жить, работать, планировать расходы.

- Ты пробыла в Японии два раза по году, верно? Почему не поехала в третий раз?

- Думаешь, это сахар – вести ночной образ жизни, заседать с пьяными клиентами, слушать повторяющиеся бредни? Совсем нет. Думаю, что проституткам в какой-то степени полегче будет, в конце концов, морально проще. Ты же вынуждена работать жилеткой, в которую плачутся за деньги, кстати, не такие уж и большие. И в тебе, как в жилетке, накапливается всякое. Иногда таких откровений наслушаешься, что и жить не хочется. Учитывая мое высшее филологическое образование, это все оказалось выше моих сил. Ну, и с мужем у нас разладилось все, как ты знаешь. Я страшно переживала, а он вбил себе в голову, что я там чуть ли не проституткой работала. Особенно поразил аргумент – невозможно столько заработать честно. Короче, я в себя ушла надолго, и ни о какой Японии больше слышать не хотела.

- Ир, ну суши ты любишь, или как…?

- Ты знал, ты знал! Смотреть не могу на японскую еду. Дрожь берет, даже когда прохожу мимо рекламы, на которой эта гадость нарисована. Представь только, полтора года есть изо дня в день одно и то же из ближайшей забегаловки, потом в клубе перекусывать тем же, только слепленным чуть красивее. Рис в любом блюде теперь для меня как дихлофос для таракана – если увижу, хочется немедленно убежать.

- Ну а какое японское блюдо ты можешь назвать в качестве любимого?

- Блюд любимых нет. Приправы – есть. В том числе соевый соус и васаби. Причем надо уметь разбавить одно в другом в нужной пропорции. Даже рис с этой смесью как-то можно употреблять. Разумеется, если ничего другого в радиусе пяти километров нет.

- А на что первым делом набросилась, вернувшись домой?

- Помню, это было огромное блюдо с черешней. Пока домашние вокруг меня суетились и на стол накрывали, я сидела и как дура эту черешню ела. Не смогла остановиться, пока всю ее не доела.

- Неплохо. Ну, и напоследок – что пожелаешь нашим читателям (а особенно читательницам)?

- Счастья всем, любви, удачи. И чтоб не пришлось ехать работать за границу, а если да, то обязательно всей семьей.